5:43 утра. Ноябрьский вторник. На мне заляпанные серые треники моего мужа Дейва и майка для кормления, которая, кажется, вывернута наизнанку еще с воскресенья. Майе ровно восемь месяцев и два дня, и прямо сейчас она трясётся от ярости в своем стульчике для кормления. Знаете, такая всепоглощающая, с красным лицом и визгом птеродактиля ярость. А я просто стою рядом, держа в руках недоеденный банан, теплую бутылочку и свою третью чашку уже остывшего кофе, и чуть ли не плачу, потому что понятия не имею, чего от меня хочет этот маленький диктатор.

С моим старшим сыном, Лео, я не помню такого сильного отчаяния. Но Майя? У Майи на всё было свое мнение. И еще какое. И она была просто в бешенстве от того, что ее крошечные голосовые связки еще не могли выдать слова, чтобы сказать мне, что ее соска упала за собачью лежанку. Я была настолько измотана, что, помню, буквально пряталась от собственных детей в кладовке и одним жирным пальцем вбивала в гугл: «как заставить ребенка перестать орать». Через пару минут я написала Дейву, который притворялся спящим на втором этаже: спускайся немедленно, ребенок сломался.

Что на самом деле сказал мой педиатр

Итак, за пару месяцев до Великого Бананового Срыва мы были на плановом осмотре в полгода. Доктор Шеннон — которая видела меня в разной степени раздетости и паники чаще, чем мой собственный муж — заговорила о жестовом общении. Она проверяла тазобедренные суставы Майи и вскользь упомянула, что, поскольку моторика и координация рук у малышей развиваются задолго до формирования речевых путей, мы могли бы попробовать научить ее нескольким простым жестам.

Помню, как сидела там на этой шуршащей одноразовой пеленке, в обнимку со своей гигантской сумкой для подгузников, и думала: Ага, конечно. По утрам я еле вспоминаю, что надо почистить зубы, а вы хотите, чтобы я стала воспитателем-билингвом?

Но она сказала, что преодоление этого когнитивного разрыва — одно из немногих средств, которое действительно помогает прекратить бесконечное нытье. С научной точки зрения там что-то про нейронные связи, кажется? Типа, их маленькие мозги точно знают, чего они хотят, и их ручки прекрасно могут двигаться, но вот рты в первый год жизни — это просто машины по производству невнятного шума. В общем, суть в том, что она заверила меня: это не задержит развитие речи (а это был мой главный параноидальный страх), и дети, которые рано учатся общаться с помощью жестов, часто позже показывают лучшие результаты в вербальных тестах. По крайней мере, так мой невыспавшийся мозг перевел всю ту медицинскую терминологию, которой она пыталась меня успокоить.

Чувствовала себя городской сумасшедшей в супермаркете

Вернемся к банановому инциденту в 5:43 утра. Дейв забрел на кухню, сонно поморгал, глядя на абсолютный хаос, развернувшийся вокруг детского стульчика, и пробормотал: «А разве доктор Шеннон не советовала попробовать те жесты руками?»

Я хотела запустить ему в голову кружкой. Но я была в отчаянии. Поэтому начала с единственного, что её по-настоящему волновало. С молока.

С того самого дня я поднимала ее бутылочку, смотрела прямо в ее полные слез и ярости глаза, громко произносила слово «молоко» и сжимала-разжимала кулак снова и снова, как будто доила самую крошечную и упрямую корову в мире. Каждый раз, когда я ее кормила. Абсолютно каждый. Даже на людях. Я живо помню, как стояла в очереди в супермаркете, агрессивно сжимая кулак, глядя на коробку детского печенья, пока Майя смотрела на меня пустым взглядом, а кассирша наверняка думала, что у меня локальный мышечный спазм.

Во время этих напряженных гляделок на ней обычно было детское боди из органического хлопка — и, к слову, это была буквально единственная вещь, в которой она мгновенно не потела во время своих истерик. Оно было такого приятного приглушенно-зеленого цвета и постоянно покрыто засохшими пятнами от срыгивания, потому что я наотрез отказывалась его снимать. Это настоящий хлопок, а не та странная синтетика, из-за которой малыши пахнут дешевым пластиком, когда им жарко. Клянусь, органический хлопок — это просто родительская магия, когда у вас ребенок с чувствительной кожей. Но я отвлеклась.

Месяцы абсолютного ничего

Недель шесть не происходило ровным счетом ничего. Ни-че-го. Ноль. Я показывала «молоко». Я брала ее маленькие липкие ручки и складывала их вместе, чтобы научить жесту «еще». А она просто смотрела на меня, как на инопланетянина.

The Months Of Absolute Nothingness — My Utterly Chaotic, Milk-Stained Guide To Sign Language For Babies

Я была уверена, что порчу собственного ребенка. В 2 часа ночи я начиталась каких-то жутких тредов на Reddit, где говорилось, что если вы полагаетесь на жесты, ребенок никогда не научится нормально говорить, навсегда отстанет в развитии, а вы — ужасная мать. Кстати, это полная чушь. Пожалуйста, не читайте форумы в 2 часа ночи. Доктор Шеннон чуть ли не высмеяла меня, когда неделю спустя я в панике позвонила ей по этому поводу.

В этот период ожидания мы также переживали огромную драму с прорезыванием зубов. Седьмой месяц был просто океаном слюней. Мы пробовали давать ей силиконовый прорезыватель «Панда» — он очень милый, с очаровательными бамбуковыми деталями. Плоская форма действительно удобна: она могла нормально его держать и не ронять на грязный кухонный пол каждые четыре секунды, но, если быть до конца честной, больше всего ей нравилось швырять его в собаку. Это нормально. Это цельный кусок силикона, который легко закинуть в посудомойку, но он не стал волшебным лекарством от ее капризов. Если вы ищете вещи, которые искренне спасали мой рассудок и при этом прекрасно выглядели, вам просто необходимо заглянуть в раздел Kianao, где представлены органические детские игрушки и развивающие коврики с дугами. Вот где прячется настоящая магия.

Снеки, которые изменили всё

Примерно в восемь с половиной месяцев это случилось.

Мы сидели на ковре в гостиной. Я пила свой второй айс-кофе за день (время было 9:30 утра). Я дала ей хрустящий снек из батата. Она его съела. Я подняла еще один снек, постучала пальцами друг о друга, как утиным клювиком, и радостно сказала: «Еще».

И знаете что? О БОЖЕ МОЙ.

Она посмотрела на меня, подняла свои пухлые, перемазанные крошками ручки и слепила пальчики вместе.

Это было невероятно неуклюже. Куда больше похоже на то, будто она пытается яростно раздавить жука ладошками, чем на какой-то осмысленный жест. Но это было «еще».

Я завизжала. Кажется, я ее не на шутку напугала, потому что она аж подпрыгнула. Я буквально сунула ей в лицо весь пластиковый контейнер со снеками. «ДА! ЕЩЕ! ТЫ СДЕЛАЛА ЭТО! ДЕЙВ, ИДИ СЮДА, ОНА ГЕНИЙ!»

Расширяем репертуар (и отказываемся от половины)

Как только она поняла, что у нее есть абсолютная власть требовать желаемое, не крича при этом до посинения, в ее голове буквально зажглась лампочка. Следующим мы ввели жест «всё» (или «закончила»). И это было сделано исключительно ради моего собственного психического здоровья.

Expanding The Repertoire (And Giving Up On Half Of It) — My Utterly Chaotic, Milk-Stained Guide To Sign Language For Babies

Вместо того, чтобы швырять овсянку в свежевыкрашенную стену, давая понять, что завтрак окончен, она просто вскидывала руки и показывала мне ладошки, как крошечный регулировщик. Бум. Завтрак окончен. Больше не нужно отскребать засохшую овсянку от плинтусов.

Мы также пытались выучить жест «вода», но я сдалась ровно через два дня, потому что вспомнить, как сложить из пальцев букву W, слишком сложно, когда ты спишь по четыре часа в сутки, да и вообще, какая разница, она ведь может просто ткнуть пальцем в свой поильник. Я искренне рекомендую радикально снижать свои стандарты.

Вещи, которые помогали нам держаться на плаву

Лучше всего мы тренировали наши новые навыки общения во время спокойных игр. У нас в углу комнаты стоял развивающий центр с дугами «Панда».

Позвольте мне минутку повозмущаться на контрасте. С моим первым ребенком у нас было одно из тех гигантских пластиковых светящихся чудовищ, которое крутило по кругу одну и ту же жуткую металлическую мелодию, пока мне буквально не захотелось уйти в океан и никогда не возвращаться. С Майей мы поумнели и выбрали эту деревянную А-образную стойку. В ней сочетаются великолепные мягкие серые оттенки и натуральное дерево, а от этой маленькой вязаной панды дочка была просто без ума.

Я ложилась на пол рядом с ней, стучала по деревянной звездочке, свисающей над нами, и учила ее жесту «играть». Это было так умиротворяюще. Никаких мигающих светодиодов, провоцирующих мигрень. Только я, Майя и маленькая панда, кружащаяся в воздухе. То, что это не выглядело так, будто в моей гостиной взорвался цирк-шапито, было просто огромным плюсом. Это было наше маленькое тихое убежище, где мы по-настоящему сблизились.

В конце концов, она научилась показывать жест «спать» прямо под этой стойкой, когда уставала. Она драматично проводила пальчиками по лицу вниз и закрывала глаза, как утомленный викторианский призрак, а мое сердце просто таяло и растекалось огромной лужицей по паркету.

Главная награда

К 14 месяцам она твердо усвоила около десяти жестов. Она еще не разговаривала настоящими словами, из-за чего я, конечно, накручивала себя и в панике строчила сообщения доктору Шеннон, но мы с ней глубоко общались. Количество истерик, которых нам удалось избежать только потому, что она могла просто сказать мне, что пора сменить подгузник или что она устала... оно просто не поддается исчислению.

Это серьезно спасло мой брак. Мы с Дейвом больше не огрызались друг на друга в темноте, пытаясь угадать, почему ребенок орет в 2 часа ночи. Она нам просто всё рассказывала.

Так что да, вы будете чувствовать себя ужасно глупо, делая преувеличенные пассы руками перед младенцем три месяца подряд, пока он будет тупо смотреть на вас, как будто вы сошли с ума. Всё равно делайте это. Возьмите кофе, наденьте свои заляпанные треники и просто начните сжимать кулак каждый раз, когда даете бутылочку. Обещаю, это стоит всех этих неловкостей.

Если вы готовитесь к этому сумбурному, изматывающему, но прекрасному этапу раннего общения, убедитесь, что вокруг вас правильная обстановка, которая поддержит вас обоих. Изучите полную коллекцию экологичных детских товаров от Kianao, чтобы найти самые нежные ткани и самые продуманные деревянные игрушки для вашего маленького собеседника — до того, как вы окончательно сойдете с ума.

Отвечаю на ваши панические ночные вопросы

Нужно ли покупать дорогой онлайн-курс, чтобы этому научить?

О боже, пожалуйста, не надо. Интернет хочет убедить вас, что вам нужен мастер-класс за 200 баксов, чтобы просто двигать руками перед своим малышом. Это не так. Просто найдите четыре базовых жеста (молоко, еще, спать, всё/закончили) на YouTube совершенно бесплатно. Вашему ребенку плевать, насколько идеальна техника исполнения, он просто хочет банан.

А что если малыш придумает свои собственные странные жесты?

Пусть придумывает! Версия жеста «еще» у Майи выглядела так, будто она пыталась прихлопнуть комара. Мы с Дейвом просто это приняли. Вы ведь не готовите переводчика для ООН, вы просто пытаетесь понять, хочет ли он еще сыра. Если он хлопает себя по голове в знак того, что хочет есть, то поздравляю — это ваш новый семейный жест «голоден».

А из-за этого он не заговорит позже?

Клянусь, это самая большая ложь в интернете. Каждый раз, когда я заводила об этом речь, мой педиатр смотрела на меня как на сумасшедшую. Давая ребенку способ общаться, вы всерьез настраиваете его мозг на более раннее понимание того, как работает язык. Майя не заговорила рано, но когда это наконец произошло, она просто заменила жесты словами буквально за одну ночь. Это мост, а не препятствие.

Сколько времени на самом деле пройдет, прежде чем он ответит мне жестом?

Месяцы. Буквально месяцы. Я начала, когда ей было шесть месяцев, и она не показала мне в ответ ни-че-го, пока ей не перевалило за восемь. Для этого нужна зрительно-моторная координация, которой у них пока просто нет. Вам будет казаться, что вы разговариваете с кирпичной стеной. Просто продолжайте.

Нужно ли моему мужу тоже это делать?

Да. И няне, и бабушкам с дедушками, если они сидят с ребенком. Если вы единственная, кто судорожно сжимает кулак, прося молоко, ваш малыш просто решит, что у мамы странный нервный тик. Дейв поначалу чувствовал себя очень неловко, но как только Майя показала ему «еще», и ему не пришлось угадывать, почему она плачет, он стал главным фанатом этого метода в нашем доме.