Чему детеныш шимпанзе на самом деле научил меня в вопросах родительства

Было три часа ночи в послеродовом отделении. Я истекала кровью сквозь сетчатую прокладку, смотрела на своего новорожденного сына в его пластиковом кювезе и ждала, когда же закончится загрузка программы «материнский инстинкт». Я думала, что меня просто осенит. Ты рожаешь ребенка, и вдруг — бац! — точно знаешь, как успокоить эту кричащую, хрупкую картофелинку. Мой диплом медсестры оказался здесь абсолютно бесполезен. Я умела ставить капельницу обезвоженному малышу, но понятия не имела, как быть матерью собственному ребенку.

На следующее утро пришла врач, взглянула на мое лицо и рассказала историю из биологии приматов. Она посоветовала мне почитать, как растут детеныши шимпанзе. У нас с ними почти идентичная ДНК, и их матери в начале пути так же растеряны и ничего не понимают. Это полностью перевернуло мое восприятие. Я думала, что не справляюсь. А оказалось, что я просто лысый примат, который учится всему на ходу.

Афера под названием «материнский инстинкт»

Послушайте, идея о том, что матери от природы знают, что делать — это самый разрушительный миф в современной медицине. Я видела это тысячу раз в клинике. Женщины плачут, потому что молоко не появилось по волшебству, или потому что они не испытывают ничего, кроме дикой паники, глядя на своего ребенка. Эволюционные антропологи выяснили это еще несколько десятилетий назад. Шимпанзе, выросшие в неволе без старших самок, буквально не знают, как ухаживать за своими детенышами. Они роняют их. Игнорируют. Смотрят на них, как на инопланетных захватчиков.

Материнство — это навык, которому нужно учиться. Их должны обучать другие члены стаи. И если дикому животному нужна инструкция о том, как кормить потомство, то и вы имеете полное право обратиться к консультанту по грудному вскармливанию, если малыш не берет грудь. Три недели я чувствовала себя бракованным млекопитающим, прежде чем поняла: инстинкт — это не знание того, что делать. Инстинкт — это просто тревога, которая заставляет вас во всем разобраться.

Отложите ребенка на свой страх и риск

И тут мы подходим к фазе «липучки». Биологически детеныши приматов устроены так, чтобы висеть на шерсти матери двадцать четыре часа в сутки. У малыша шимпанзе достаточно силы хвата, чтобы цепляться за маму, прыгающую высоко в кронах деревьев. У человеческих младенцев точно такая же неврологическая потребность в постоянном физическом контакте, но эволюция забыла дать им соответствующую силу хвата. Мы получили прямохождение, а они — беспомощность.

Поэтому вместо того, чтобы цепляться за вашу шерсть, они просто кричат в ту же секунду, как вы их откладываете. Это первобытный страх быть съеденными леопардом. Мой врач сказала, что их нервная система, по сути, воспринимает плоский матрас кроватки как обеденный стол для тигра. Вот почему ношение детей в слинге или рюкзаке — это не просто тренд. Это экстренная помощь. Вы привязываете их к груди, чтобы их мозг маленькой обезьянки услышал ваше сердцебиение и решил, что хищники им больше не угрожают.

Этот инстинкт выживания также объясняет, почему смена подгузника порой похожа на обряд экзорцизма. Вы отрываете малыша от своего тела, кладете на холодный столик и раздеваете. Это вызывает сильнейший рефлекс Моро. Их ручки раскидываются в стороны, глаза округляются, и они смотрят на вас с чувством абсолютного предательства. В конце концов я поняла, что переодевание должно занимать ровно десять секунд, если я хочу сохранить рассудок. Я купила целую стопку таких боди без рукавов из органического хлопка от Kianao. Ткань невероятно мягкая и отлично тянется в плечах, поэтому их можно стягивать через ножки, а не бороться, пытаясь просунуть хрупкую маленькую головку. У меня их штук восемь. Они поддерживают нужную температуру и позволяют быстро переодеть ребенка. Они просто работают — и это всё, что мне нужно.

Вашей «деревне» не обязательно быть родной по крови

Несколько лет назад я читала исследование Университета Дьюка о диких шимпанзе в лесном заповеднике. В нем отслеживался уровень материнского успеха. Исследователи обнаружили, что у матерей с сильными социальными связями вероятность выживания детеныша в первый год составляла 95 процентов. У социально изолированных матерей этот показатель падал до 75 процентов. Жестокая статистика.

Самое интересное, что другим шимпанзе в социальном кругу даже не обязательно было быть кровными родственниками. Им просто нужно было быть рядом. Они делились ресурсами. Самцы шимпанзе даже по очереди сидели с детенышами, чтобы истощенные матери могли пойти поискать фрукты. Раньше я думала, что должна делать все сама, потому что традиционные индийские семьи с их укладом остались за океаном, а моя собственная мама была в Калифорнии, пока я застряла в чикагской квартире. Но биология говорит, что вашей «деревне» не обязательно иметь с вами общую ДНК.

Подкупите соседку домашним печеньем, чтобы она подержала малыша двадцать минут. Позвольте коллеге привезти вам еле теплый ужин из доставки. Ваша социальная интеграция — это в буквальном смысле показатель выживаемости для вашего маленького детеныша. А мужу я просто говорю, что его эволюционная обязанность — присматривать за ребенком, пока я принимаю горячий душ. Если самцы шимпанзе справляются, то и он сможет дать бутылочку.

Когда начинается период кусания, эта первобытная биология снова дает о себе знать. Они познают мир, пытаясь уничтожить его своими деснами. Я купила силиконовый прорезыватель в виде панды, чтобы спасти собственные ключицы. Отличная вещь. Его можно мыть в посудомойке, и это дает моему сыну возможность грызть что-то, кроме человеческой плоти. В доме обязательно должно быть что-то подобное, но не стоит слишком долго раздумывать над такой покупкой.

Если вам нужно отвлечься от ленты соцсетей, посмотрите их коллекцию вещей, которые способны пережить младенца.

Игры — это не роскошь

Было еще одно масштабное исследование матерей-шимпанзе, проведенное Университетом Тафтса. Ученые заметили, что мамы всегда уделяли особое внимание играм с детенышами, даже во время острой нехватки пищи. Они играли в прятки и щекотали их, даже когда сами буквально голодали. Для мозга приматов игра — это не милая забава и не роскошь. Это целая образовательная программа. Она выстраивает нейронные связи, необходимые для социализации и развития моторики.

Но, честно говоря, когда я живу на трех часах прерывистого сна, у меня едва хватает сил на «ку-ку». Я просто без сил. Вот почему я перестала покупать эти ужасные пластиковые игрушки, которые играют за вас — с мигающими огнями и механическими песенками. Они создают лишь пассивное развлечение и перевозбуждают ребенка, у которого через двадцать минут случается нервный срыв.

Я поставила деревянную развивающую стойку «Радуга» в углу гостиной. С нее свисают маленькие фигурки животных и геометрические формы. Я кладу его под нее, и мы просто существуем вместе на полу. Он тянется, хватает, не рассчитывает расстояние, понимает причинно-следственные связи. Вокруг тишина. Она выглядит достаточно стильно, так что меня не бесит, когда я спотыкаюсь о нее в темноте, и дает мозгу малыша ту самую легкую задачку на пространственное мышление, которая ему сейчас нужна.

На самом деле тишина пугает

Современная детская — это ловушка. Мы красим стены в успокаивающий бежевый, вешаем шторы блэкаут и ходим на цыпочках, разговаривая шепотом, чтобы не разбудить малыша. Это абсолютно противоестественно. В джунглях невероятно шумно. Эволюция не готовила человеческих детенышей к звукоизолированным комнатам.

Мой врач сказала, что они привыкли к шуму крови в утробе, который, как оказалось, по громкости сравним с работающим прямо над ухом пылесосом. Когда вы кладете их в тихую комнату, их древний мозг думает, что их бросили одних в пещере. Мы поставили в углу генератор белого шума и выкрутили громкость так, что он стал звучать как реактивный двигатель. Сын отрубился за четыре минуты. Перестаньте бороться с тысячелетиями биологии.

Если вы хотите найти вещи, которые действительно работают в гармонии с природой вашего малыша, а не против нее, взгляните на их развивающие игрушки.

Неудобные вопросы о воспитании маленьких приматов

Почему мой ребенок кричит, как только я его откладываю?

Потому что его мозг думает, что его сейчас съест хищник. Это биологический рефлекс. Человеческие детеныши рождаются по сути недоношенными по сравнению с другими млекопитающими, потому что наш таз стал слишком узким, когда мы начали ходить на двух ногах. Они ожидают, что четвертый триместр проведут, прикрепившись к вашему телу. Купите хорошую переноску или слинг и смиритесь с тем, что следующие несколько месяцев вы будете работать мебелью.

Существует ли материнский инстинкт на самом деле?

В общем-то, нет. Инстинкт сохранить ребенку жизнь — реален, но конкретные механизмы того, как именно это делать — это приобретенные навыки. Если вам кажется, что вы просто притворяетесь матерью, вы не одиноки. Все приматы действуют наугад, пока не научатся всему у других.

Правда ли мне нужно носить ребенка на себе весь день?

Вы вообще никому ничего не должны. Но ношение на себе значительно уменьшает плач, потому что оно имитирует постоянное движение и близость, к которым они запрограммированы природой. Это экстренная помощь с помощью слинга. Это освобождает руки, так что вы можете съесть бутерброд над раковиной, как цивилизованный взрослый.

Как мне воссоздать ту самую «деревню», если моя семья живет далеко?

Вы строите новую из тех, кто находится географически близко. Наука показывает, что неродственные связи приносят абсолютно ту же пользу для выживания и снижения стресса, что и кровные родственники. Сходите на те странные чтения сказок в библиотеке. Заговорите с другой уставшей мамой в кофейне. Перестаньте пытаться делать всё в одиночку, запершись в своей квартире.

То, как ведет себя малыш при прорезывании зубов — это нормальное поведение приматов?

Да — слюни, кусание, чистая ярость. Мой врач сказала, что слюноотделение — это, по сути, попытка их организма «утопить» боль. Кто знает, правда ли это на сто процентов, но звучит логично. Дайте им что-нибудь безопасное пожевать и просто переждите этот период.